1965
XVII век
XVIII век
XIX век
XX век
XXI век
До основания Симбирска
1648 1649 1650 1651 1652 1653 1654 1655 1656 1657 1658 1659 1660 1661 1662 1663 1664 1665 1666 1667 1668 1669 1670 1671 1672 1673 1674 1675 1676 1677 1678 1679 1680 1681 1682 1683 1684 1685 1686 1687 1688 1689 1690 1691 1692 1693 1694 1695 1696 1697 1698 1699 1700 1701 1702 1703 1704 1705 1706 1707 1708 1709 1710 1711 1712 1713 1714 1715 1716 1717 1718 1719 1720 1721 1722 1723 1724 1725 1726 1727 1728 1729 1730 1731 1732 1733 1734 1735 1736 1737 1738 1739 1740 1741 1742 1743 1744 1745 1746 1747 1748 1749 1750 1751 1752 1753 1754 1755 1756 1757 1758 1759 1760 1761 1762 1763 1764 1765 1766 1767 1768 1769 1770 1771 1772 1773 1774 1775 1776 1777 1778 1779 1780 1781 1782 1783 1784 1785 1786 1787 1788 1789 1790 1791 1792 1793 1794 1795 1796 1797 1798 1799 1800 1801 1802 1803 1804 1805 1806 1807 1808 1809 1810 1811 1812 1813 1814 1815 1816 1817 1818 1819 1820 1821 1822 1823 1824 1825 1826 1827 1828 1829 1830 1831 1832 1833 1834 1835 1836 1837 1838 1839 1840 1841 1842 1843 1844 1845 1846 1847 1848 1849 1850 1851 1852 1853 1854 1855 1856 1857 1858 1859 1860 1861 1862 1863 1864 1865 1866 1867 1868 1869 1870 1871 1872 1873 1874 1875 1876 1877 1878 1879 1880 1881 1882 1883 1884 1885 1886 1887 1888 1889 1890 1891 1892 1893 1894 1895 1896 1897 1898 1899 1900 1901 1902 1903 1904 1905 1906 1907 1908 1909 1910 1911 1912 1913 1914 1915 1916 1917 1918 1919 1920 1921 1922 1923 1924 1925 1926 1927 1928 1929 1930 1931 1932 1933 1934 1935 1936 1937 1938 1939 1940 1941 1942 1943 1944 1945 1946 1947 1948 1949 1950 1951 1952 1953 1954 1955 1956 1957 1958 1959 1960 1961 1962 1963 1964 1965 1966 1967 1968 1969 1970 1971 1972 1973 1974 1975 1976 1977 1978 1979 1980 1981 1982 1983 1984 1985 1986 1987 1988 1989 1990 1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010
О проекте Лента времени Популярное Годы Люди Места Темы Контакты
Лента времени
События, 16 Декабря 1917
События, 16 Декабря 1917
События, 2 Декабря 1917
Герои, 25 Января 1963
Места, 25 Января 1940
События, 31 Декабря 1918
События, 20 Марта 1925
События, 4 Октября 1926
Герои, 19 Января 1943
События, 21 Января 1924
Герои, 25 Февраля 1949
Герои, 17 Января 1963
События, 19 Января 1943
События, 12 Января 1903
События, 18 Января 2003
События, 5 Октября 1918
События, 12 Октября 1918
События, 12 Сентября 1918
События, 1 Сентября 1918
Воспоминания, 15 Мая 1932
Герои, 9 Января 1953
Герои, 7 Января 2009
Места, 31 Января 1952
Фото, 6 Января 1998
События, 6 Января 1925
События, 13 Апреля 1923
События, 15 Мая 1932
Места, 30 Января 1920
События, 2 Марта 1919
Герои, 25 Декабря 1917
Фото дня
ОМОН сопровождает Аллу Пугачёву в Ульяновске в 1995 г.
События, 21 Января 1920
Симбирская мозаика. Картина бытовой жизни города начала 1920-х

Гражданская, а потом еще и польская войны, голод, эпидемии, бандитизм делали жизнь в стране очень и очень непростой. Тем не менее она брала свое и люди, приспосабливаясь к невыносимым, порой, условиям, старались как-то наладить свой нехитрый быт. А власть в меру своих сил им в этом помогала.

Листая протоколы заседаний Симбирского горсовета тех лет, невольно погружаешься в бездонную пучину самых разных, часто мелких, иногда – более серьезных и довольно важных, но, в любом случае, ежедневных дел: выделение материалов на ремонт и покраску забора, починка дымовой трубы на крыше, уборка конского навоза с городских улиц…

И если все это многообразие пестрых, разнокалиберных фрагментов и фрагментиков, словно кусочки мозаичной смальты, скрупулёзно сложить вместе, то, в конце концов, можно получить единую, вполне точную и объективную картину городской жизни начала двадцатых годов прошлого века. Однако, дело это сложное и, главное, долгое. Поэтому, отложив его на потом, обратим внимание лишь на отдельные, наиболее крупные и важные для большинства симбирян фрагменты будущей городской мозаики. Например, на открытие так называемой «горсоветовской», или как бы сейчас сказали, муниципальной прачечной.

Как к штыку приравняли белье

Дело было, безусловно, нужное, и не только потому, что облегчало жизнь домохозяйкам, особенно в условиях повального дефицита мыла и вообще любых моющих средств. Главной задачей этого санитарно-гигиенического заведения была борьба с эпидемиями. Не случайно чрезвычайная эпидемическая комиссия 21 января 1920 года приняла решение о выдаче красноармейского пайка прачкам и сортировщикам белья, трудившимся в прачечной Горсовета. То есть стирку, по сути, приравняли к военным действиям, поскольку болезни косили людей ничуть не меньше, чем неприятельские пули и снаряды.

Однако ни одно большое и важное дело никогда не обходится без шероховатостей и издержек. Появились они и здесь: белье, сданное трудящимися в городскую прачечную, зачастую к владельцам больше не возвращалось, теряясь где-то между корытом и сушильней. Для многих такая утрата была буквально невосполнимой, поскольку поношенная рубаха или штаны сплошь и рядом составляли весь наличный гардероб человека, и заменить пропажу было просто нечем, а купить другую вещь – не на что. В таких случаях свои материальные претензии, пострадавшие обращали к владельцу промывочного заведения – Горсовету. Но в скудном городском бюджете подобные расходы не предусматривались, в силу чего просители поучали отказ.

Со временем претензий накопилось столько, что вопрос о выплате гражданам компенсаций за белье, «похищенное из прачечной Горсовета», вынесли на заседание Симбирского Горисполкома, состоявшееся 23 января. Взвесив финансовые возможности, участники совещания решили всех заявителей «препровождать в отдел социального обеспечения», где выдавать каждому пострадавшему… нет, не деньги, а удостоверения о том, что у него действительно в прачечной пропало белье. Каким образом этот официальный документ с печатью мог заменить, например, утраченные брюки, в решении не уточнялось.

Фирмы веников не вяжут…

Впрочем, денег не хватало не только на компенсации обворованным. В феврале председатель губисполкома Гимов, «озабочиваясь сохранением общего революционного порядка и правильной жизни приютов», обратился в Симбирский городской Совет с настоятельным предложением удовлетворить в первоочередном порядке требования городских приютов и богаделен, которые, по словам предисполкома, находились «в ужасающем состоянии. Дети разуты, раздеты, печи в неисправности, в зданиях холод, санитарное состояние весьма неудовлетворительное. Причина этому заключается в том, что требования руководителей приютов и богаделен не удовлетворяются или если удовлетворяются, то не полностью».

Едва успев разобраться с «богоугодными» заведениями, власть столкнулась с новой проблемой: угрозой очередного бунта на Патронном заводе. На этот раз причиной назревавшего недовольства стала нехватка… гробов, привилегия быть похороненными в каковых на тот момент принадлежала исключительно представителям передового отряда симбирского пролетариата – рабочим-«патронникам».

По словам заведующего похоронным бюро товарища Сиротинина, причиной случившегося дефицита стал отказ Горсовета и Гублескома не только отпустить его скорбному ведомству пиломатериалы, но и превратить таковые в готовые изделия. Отказала в древесине даже администрация самого Патронного, согласившись лишь поучаствовать в непрофильном производстве домовин, но исключительно «из материала заказчика». А поскольку тот в лице горрайсовета, как уже говорилось выше, в древесине отказал, то и надежды рабочих на приличное последнее пристанище грозили быть похороненными.

Обо всем этом Сиротинин доложил на заседании исполкома заволжских слобод, состоявшемся 1 марта 1920 г. Однако максимум, чем тот мог помочь скорбных дел мастеру, были искреннее сочувствие и добрый товарищеский совет. Последний состоял в том, чтобы заведующий как можно скорее попросил Горсовет, чтобы тот в свою очередь «не отказал войти в соглашение с Патронным заводом об изготовлении гробов путем распиловки имеющихся у них бревен на доски». А для придания просьбе большего веса, присовокупить к сему предупреждение, мол, в случае отказа, похоронное бюро, попавшее в безвыходное положение, снимает с себя всякую ответственность «за возможное неудовольствие среди рабочих Патронного завода за неимение гробов».

Касательно дальнейших перспектив развития похоронного дела в Заволжских слободах, Сиротину также посоветовали заодно просить Городской совет в ближайшем будущем «придти на помощь похор. Бюро путем изыскания источника в приобретении материала на гробы».

Видимо, таковой был в итоге найден, поскольку о восстании потенциальных покойников на Патронном больше не сообщалось.

Симбирские цирюльники

В отличие от гробов, парикмахерских в Симбирске было с избытком, что городскую власть крайне беспокоило, поскольку «открываемые разными учреждениями и частными лицами», эти заведения «обслуживают самую незначительную часть населения, главным образом, служащих данного учреждения, но этим дают возможность бывшим владельцам осуществлять свои собственные стремления». А кроме того, сокрушались члены горисполкома, «открытие частных парикмахерских распыляет и без того малое количество работников этой специальности». Основная же «вина» индивидуальных брадобреев состояла в том, что коммунальные, то есть опять же «горсоветовские» парикмахерские не выдерживали конкуренции с ними. Такой вывод следует из постановления Симбирского Горисполкома по данному вопросу от 23 марта 1920 г. «Предложить Коллегии Коммунального Отдела увеличить пропускную способность коммунальных парикмахерских путем привлечения работников, увеличения заработной платы (премиальной системы), увеличения инструментов, а также открыть ряд новых», – говорится в нем. Одновременно, для того, чтобы муниципальных заведений становилось больше, чем коммерческих, Коммунотделу поручалось таковые «ни в коем случае не открывать», а уже имевшиеся пока оставить, но взять на учет не только сами заведения, но и весь находящийся в них инвентарь.

Однако, для того, чтобы исполнить это распоряжение, требовалось указать в описи точный адрес данной парикмахерской. Но сделать это было не так-то просто, поскольку в головах не только обывателей, но и многих совслужащих царила мешанина из новых и старых названий симбирских улиц.

Их адрес – не дом и не улица…

Дело в том, что еще в октябре 1918 года, в канун годовщины Революции, постановлением Президиума Губисполкома улицы и площади города получили новые наименования. Например, Гончаровская стала улицей Карала Маркса. Имя основоположника марксизма она носила до 1940 года, когда вновь стала улицей Гончарова, каковой остается и по сей день. А Карл Маркс «переехал» туда, где находится и сейчас – на основную часть бывшей улицы Дворцовой, от ее перекрестка с улицей Гончарова до моста через Свиягу. Дворцовая в 1918 года на всем своем протяжении была названа в честь деятеля немецкого рабочего движения Фердинанда Лассаля и носила это непривычное для русского уха название до 1940 г., пока одного немца с нее не вытеснил другой.

Бывшая Московская стала улицей Ленина, Покровская – Льва Толстого. Лисиная – Либкнехтской (ныне К. Либкнехта), Мартыновая – Радищева, Кирпичная – улицей Мира, Лосевая – Федерации, Б. Конная – Шевченко, Чебоксарская – Бебеля, Панская – Энгельса, Всехсвятская – Робеспьера, Тихвинская – Плехановской (ныне Плеханова), Смоленская – Рылеева, Старо-Казанская – Красноармейской. Петропавловский спуск принял имя Стеньки Разина, Тихвинский – Степана Халтурина. В память о дне освобождения Симбирска от белогвардейцев – 12 сентября – была названа бывшая Сызранская улица.

Новые названия получили и городские площади. Главная из них – Соборная стала площадью 1 мая, каковой оставалась до 1940 года, когда в связи с 70-летием со дня рождения В.И. Ленина, была переименована в его честь. В 2017 году ей вернули прежнее название, хотя к этому времени здесь уже не было соборов, зато стоит памятник вождю мирового пролетариата. Ярмарочная превратилась в площадь Марата, однако впоследствии была застроена и теперь так называется лишь одна ее бывшая сторона.

Новая городская топонимика с трудом входила в консервативное сознание обывателей, и, вероятно, для того, чтобы ускорить этот процесс, 23 марта 1920 года Горисполком поручил отделу управления в срочном порядке мобилизовать всех имевшихся в наличии «живописцев-маляров» и поручить таковым изготовление «по твердым ценам» необходимого количества «вывесок с наименованием улиц», поскольку «такие вывески являются необходимыми».

Городская застольная

После того, как на стенах домов появились новенькие, пахнувшие свежей краской таблички с названиями, обывателям сало гораздо легче отыскивать не только парикмахерские, но и различные учреждения, которые, по мере становления Советской власти, множились с невероятной скоростью. А у любого учреждение непременно был начальник. А у начальника обязательно должен быть кабинет. А где кабинет, там и стол, олицетворявший своим видом и размером степень значимости, восседавшей за ним руководящей персоны. К столу старались присовокупить какой-нибудь солидный шкаф и даже, по возможности, ковер. Взять же все это было негде, кроме как у бывших буржуев, все еще кое где сохранявших остатки былой роскоши. И брали, точнее, реквизировали, каждый по мере своего представления о собственной важности и наличия административных возможностей.

Результатом этой «инициативы снизу» стало рассмотрение горисполкомом 16 апреля 1920 года вопроса «О реквизиции мебели у граждан» каковая «до сего времени… производилась без всякого определенного плана, а иногда без всяких к этому оснований». Обозначив, таким образом проблему, исполком тут же выдал ее решение, постановив, что «впредь всякую реквизицию и конфискацию производить только с санкции Президиума Совета». Причем, относилось это не только к мебели, но и к любому другому буржуйскому имуществу. Например, к велосипедам, которые по тем временам были в первую очередь роскошью, и уже потом – средством передвижения, поскольку позволить себе это чудо двухколесной техники мог далеко не каждый.

И роскошь, и средство передвижения

По данным на август 1914 г. велосипедов в Симбирске насчитывалось 413 штук. А еще по улицам города раскатывали 21 мотоцикл и 15 автомобилей. С началом Великой войны (как тогда называли Первую Мировую), в армию были мобилизованы 11 автомашин и два мотоцикла. А вот велосипедов «призыв» не коснулась, и они продолжали колесить по Симбирску. Сколько их оставалось в городе к весне 1920 года, не известно, однако, видимо достаточно, для того, чтобы на них обратили свой взор финорганы – 27 апреля Горисполком признал необходимым «введение налога на велосипеды, самодвижущиеся экипажи и моторные лодки, служащие для личных потребностей в следующем размере: с велосипеда – 25 руб. в год, с самодвижущегося экипажа и моторной лодки – 200 руб. в год».

Надо сказать, что в этом вопросе рабоче-крестьянская власть пошла след в след за своей буржуазной предшественницей – 9 сентября еще 1909 года Симбирская городская Дума издала обязательное постановление «об езде на велосипедах и автоматических экипажах и об установлении с них сбора в доход города… в виду значительного увеличения их числа в Симбирске в последнее время, а также распространения мотоциклетов и автомобилей». Постановлением, по мнению думцев, «ограждалась бы безопасность пешеходов и вообще был бы урегулирован весь этот вопрос».

Согласно принятому документу, правом ездить по городу наделялись лишь те, кто получил в Городской Управе специальные билеты и нумерные знаки, крепившиеся «на видном месте велосипеда, сзади седла». Претендовать на них могли только подвергшиеся «испытанию в своём умении управлять велосипедом или автоматическим экипажем». Катавшихся по городу без номеров, надлежало задерживать и доставлять в ближайший полицейский участок для установления личности и составления протокола.

Постановление очерчивало также и некоторые правила дорожного движения. Например, велосипедистам категорически запрещалось ездить по Симбирску не только без номеров, но и большими группами. При этом каждый велосипед должен был иметь сигнальный звонок, исправный тормоз, а вечером и ночью – зажженный фонарь.

Общим для водителей всех механических транспортных средств был запрет на езду «с чрезмерной скоростью, более 15 верст в час… равно как и езда вперегонку», а также «по тротуарам, бульварам и общественным садам».

В местах большого скопления экипажей и публики была обязательна тихая езда, или же полная остановка, «в особенности при обнаружении испуга лошадей». Объезжать экипажи и пешеходов полагалось только с левой стороны, предупреждая их «сигналами, которыми, однако не злоупотреблять».

Специальный раздел касался размера и порядка взимания «транспортного налога»: с автомобиля брали по рубль пятьдесят, с велосипеда - по рублю в год, включая оплату «гос. номеров».

Таким образом, за 11 лет сумма годового «транспортного налога» на велосипед возросла в 20, а на автомобиль – более, чем в 130 раз.

А идите вы в баню!

Впрочем, раскошеливаться приходилось не только гражданам, не желавшим передвигаться пешком, но и тем, кому приспичило помыться: 4 июля горисполком принял решение «О повышении цен на мытье в банях». Было оно, как бы сейчас сказали, непопулярное, но необходимое: таким образом власть вынужденно реагировала на «увеличение цен на топливо, перевозку и вздорожание строительных материалов, а также и другие расходы».

Отныне мытье во всех городских банях обходилось обывателю в 15 рублей, если он посещал общее отделение. Желавшие принять душ в номере без ванной, платили за это удовольствие 50 рублей, а предпочитавшие погрузить тело в теплую воду – 75.

Новая банная такса, видимо, оказалась вполне приемлемой, о чем можно судить хотя бы по тому, что никаких волнений на эту тему не случилось даже на Патронном заводе.

Тут все вокруг народное

А город, между тем, тихо и незаметно разрушался. Да ни кем-нибудь, а его наиболее предприимчивыми и оборотистыми жителями.

В 1917-м, а в Симбирске – в 1918 году, когда Советская власть стала единственным собственником практически всего недвижимого имущества – всех морей, лесов, полей и рек, а также – фабрик, заводов, газет, пароходов, железных дорог, административных зданий, культурных и культовых сооружений, всей жилой и нежилой площади и так далее, перед ней встала задача, не только грамотно распоряжаться всем этим богатством, но и поддерживать его в рабочем состоянии, в том числе оберегая от порчи и расхищения. Однако дело это оказалось весьма непростым. С одной стороны, поставить по милиционеру возле каждого дома, забора или скамейки было невозможно. А с другой все это принадлежало не каким-то там буржуям, а трудящимся, которые, по идее, должны были бы сами беречь и охранять доставшееся им имущество лучше любого милиционера – не чужое же. Свое! Но не тут-то было! Едва где-нибудь образовывалось что-то, хотя бы временно выпавшее из-под неусыпного государственного надзора, то обязательно появлялся кто-то, стремившийся обратить упомянутое «что-то» в свою личную пользу. Подобное явление актуально и сейчас, чего уж говорить о временах, когда не хватало абсолютно всего – от еды до дров. И некоторые, как могли восполняли этот дефицит за счет того, до чего могли дотянуться.

Власть в лице городского и даже губернского исполкомов пыталась бороться с растащиловкой, издавая на сей счет многочисленные Обязательные постановления и распоряжения. Однако эффект от них если и был, то самый минимальный. И вот, наконец в дело борьбы за сохранность народной собственности вступил сам Президиум Симбирского Губернского Комитета Совета Рабочих, Крестьянских и Красноармейских депутатов, издавший 12 ноября 1920 года Приказ № 89. Он в первую очередь интересен тем, что очерчивает круг объектов преступного посягательства, то есть того, что громили и разворовывали в первую очередь. Это «дома, сады, скверы, огороды и обнесенные вокруг них заборы или проволочные заграждения, выставленные в улицах витрины, киоски, воздушные телефонные, телеграфные и электрические провода и др. имущество, а также и имущество, принадлежащее гражданам». Проще говоря ломали и тащили буквально все подряд, нанося «вред и ущерб не только Советской власти, но и тем гражданам, которые заинтересованы в сохранности и целости городского имущества, от которого зависит благосостояние Городского Коммунального Хозяйства, а с ним – благосостояние, удобство и спокойствие для самих же граждан».

Далее приказ строго предупреждал «всех лиц, занимающихся вышеуказанным преступным ремеслом, что с ними поведется самая беспощадная борьба, как с бандитами и расхитителями народного достояния», а также вводил конкретные меры по усилению охраны городского имущества.

Так, городскому отделу коммунального хозяйства с помощью домкомов, уполномоченных по домам и домохозяев поручалось взять на строгий учет все коммунальное имущество, установить постоянное наблюдение за его сохранностью и целостью, а, главное, немедленно арестовывать обнаруженных расхитителей, доставляя таковых в ближайший район милиции.

Кроме того, на всех горожан, в районах проживания которых находились те или иные объекты коммунальной собственности, налагалась обязанность «круговой порукой строжайше наблюдать за их целостью и сохранностью, и принимать немедленные меры к прекращению его расхищения или уничтожения», и даже «задерживать виновных, как на месте преступления, так и по выяснении данного лица, если оно скрывается в том районе, где произошло расхищение или уничтожение имущества».

Принцип круговой поруки, согласно приказа, заключался еще и в том, что «на граждан, в районе которых будет обнаружено расхищение или уничтожение имущества, а также и виновника, совершившего данное преступление, будет накладываться, как стоимость расхищенного или уничтоженного, так и стоимость за восстановление нового и ремонт старого». Те, кто видел факт хищения, но не принял мер к его предотвращению, подлежали аресту и привлечению к ответственности, равно, как и непосредственные расхитители. При этом все имущество последних конфисковывалось.

Контроль за исполнением приказа возлагался на городскую и губернскую милицию.

Однако осуществить перечисленные выше меры помешал разразившийся в губернии голод, и в наступившем 1921 году основные усилия городской власти были брошены на борьбу с ним. На все остальное просто не хватало ни сил, ни средств, ни денег. В результате Пленум Горсовета, проходивший 15 мая вынужден был констатировать, что «город находится в антисанитарном состоянии. Национализированные дома требуют ремонта, но не ремонтируются за отсутствием материала и рабочих рук, бани не функционируют за отсутствием топлива, парикмахерские – тоже за отсутствием инструмента и рабочих рук». А тут еще «семячки».

Повышением культуры их потребления озаботился местный комитет служащих Горсовета, неоднократно принимавший меры «к устранению щелкания семячков, как во время занятий, так и вне занятия. Но все меры не привели никакого совершенно результата. Так же продолжается во всех отделах это безобразие», – самокритично сообщал он в октябре 21 года в Президиум Горисполкома. И не просто сообщал. А просил

вынести это свое заявление «на заседание Исполкома и выработать инструкцию наказания или налагать штраф за подобные штуки» по аналогии с будто бы уже имевшимся постановлением Губисполкома о взимание за «эти семячки» штрафа во всех театрах и кинематографах. «Иначе невозможно устранить такое безобразие», – не без горечи констатировал в заключении местком.

Но, судя по тому, что данный вопрос на заседания ни городского, ни губернского исполкомов так и не вынесли, «щелканье семячков» к числу первоочередных задач те пока что не отнесли.

Зато к проблеме сохранности «зданий, сооружений и пр., принадлежащих муниципальным и национализированным владениям» вернулись уже в январе 1922 года, внеся в горсовет проект соответствующего обязательного постановления. В нем говорилось о продолжающимся процессе «разрушения и расхищений народного достояния, как то: выставление стекол из оконных и дверных рам, разборка полов, потолков, крыш, канализационных строений и проч., принявших за последнее время стихийный характер, чем приносится государству громадный ущерб и вред». Признавая такие действия недопустимыми и явно преступными, Горсовет в очередной раз наметил ряд мер, направленных на прекращение этого разрушительного процесса.

Так, лиц, уличенных в перечисленных действиях, предлагалось приравнивать к «совершающим имущественные преступления, направленные ко вреду государства», то есть к государственным преступникам. А их сообщников, укрывателей и скупщиков заведомо краденого имущества – считать соучастниками таковых, немедленно арестовывать и предавать суду.

Трудно сказать, насколько эффективным оказалось это Обязательное постановление и изданный годом раньше приказ № 98, однако судя по тому, что существенная часть исторической застройки города сохранилась до начала двадцать первого века и стала массово истребляться только в последние годы, свою роль в сбережении Симбирска они все же сыграли.

ГАУО Ф. Р-634. Оп. 1. Д. 17. Л.11, 16 об., 69, 111, 112.

ГАУО Ф. Р-634. Оп. 1. Д. 18. Л.48, 52 об.

ГАУО Ф. Р-634. Оп. 1. Д. 31. Л.20.

ГАУО Ф. Р-634. Оп. 1. Д. 32. Л.17.

ГАУО Ф. Р-634. Опись 1. Д. 36. Л. 2.

ГАНИ УО Ф.1, оп. 1. Д. 152. Л. 5 об.

ГАНИ УО Ф. 13, оп. 1, д. 531, Л. 17.

Журнал заседаний Симбирской городской думы. 9 сентября 1909 года. Стр. 535 – 541.

Владимир Миронов

Поделиться в социальных сетях

Видеоархив
Тэги
АбушаевыАксаковАкчуриныАлексей ТолстойАлексий СкалаАндреев-БурлакАндреев-БурлакАндрей БлаженныйАнненковАнненковыАрхангельскийАфанасенкоБаратаевыБейсовБекетовыБестужевыБлаговБлаговещенскийБогдановБодинБросманБуничБурмистровБутурлинБызовВалевскийВалерий ФедотовВарейкисВарламовВарюхиныВладыка ПроклВоейковыВольсовГавриил МелекесскийГайГлинкаГоленкоГоличенковГолодяевскаяГольдманГончаровГоринГорькийГорячевГранинГречкинГузенкоГусевДавыдовДекалина ЕкатеринаДмитриевЕгуткинЕрмаковЕрофеевЗагряжскийЗахаревичЗинин А.Зинин В.ЗотовЗуевЗыринИвашевКарамзинКашкадамоваКеренскийКозыринКозыринКолбинКонстантиновКоринфскийКругликовКрыловКурочкинКурочкинКурчатовКустарниковЛазарев Л.ЛатышевЛезинЛенинЛеонтьеваЛермонтовЛермонтовЛивчакЛимасовЛюбищевМалафеевМартыновМатросовМедведевМельниковМетальниковМинаевМирошниковМихаил ИвановМорозовМотовиловН.И. НикитинаНазаровНаримановНеверовНевоструевНемцевНецветаевНикитин В.Никитина Е.И.Николай КуклевНовопольцевОблезинОгаревОдоевскиеОзнобишинОрловы-ДавыдовыОсипов Ю.Отец АгафангелПаустовскийПерси-ФренчПластовПолбинПоливановПолянсковПугачевПузыревскийПушкинРадищевРадонежскийРадыльчукРазинРозановРозовСадовниковСафронов В.СахаровСеменовСерафим СаровскийСергей НеутолимовСеровСклярукСкочиловСоколов А.СтолыпинСусловСытинТельновТимофеевТимофееваТихоновТрофимовТургеневТюленевУльянов И.Н.УргалкинУстюжаниновУхтомскиеФедоровичеваФеофанФилатовФокина АнастасияХитровоХрабсковЧижиковЧириковШабалкинШадринаШамановШартановШейпакШирмановШодэШоринЯзыковЯковлевЯстребовЯшин
АвиастарАкшуатАрхивыАэропортыБелое озероБелый ЯрБиблиотекиБольницыВенецВерхняя террасаВешкаймский районВинновская рощаВладимирский садВокзалыВолгаГостиницыДимитровградДК ГубернаторскийДом ГончароваДом, где родился ЛенинДом-музей ЛенинаЖадовская пустыньЗаводыКарсунКартыКиндяковкаКладбищаКраеведческий музейЛенинские местаЛенинский мемориалМайнский районМостыМоторный заводМузеиМузей-заповедник «Родина В.И. Ленина»Нижняя террасаНовоульяновскНовоульяновскНовый городПальцинский островПамятникиПарк Дружбы народовПарк ПобедыПарки и скверыПатронный заводПескиПриборостроительный заводПрислонихаРечной портСвиягаСенгилейСимбиркаСквер ГончароваСквер КарамзинаСтадионыСураСурскоеТургеневоТЭЦУАЗУЗТСУИ ГАУлГАУУлГПУУлГТУУлГУУльяновский механический заводУльяновский механический заводУндорыУниверситетыУсадьбыХудожественный музейЦерквиЦУМЧуфаровоШаховскоеЯзыково
АвиацияАгитацияАнекдотыАрхеологияАрхитектураБлагоустройствоБытВиды СимбирскаВизитыВОВВодохранилище/дамба/мостыВойныВолгаВоспоминания очевидцевГоворят очевидцыГолодГостиницыГубернаторыДемографияДеревняДетствоДефицитЖКХЗабастовкиЗасечная чертаЗдоровьеКартыКиноКомсомолКосмосКультураМедицинаМитинги и демонстрацииМодаНазвания улицНаукаНИИАРОборонаОбразованиеОбщепитОползниОснование СимбирскаПереименованияПерестройкаПионерыПожарыПолитикаПраздникиПрирода и экологияПроисшествияПромышленностьПутешествия и отдыхРеволюцияРелигияРепрессииСельское хозяйствоСимбирск-Ульяновск в рисунках и живописиСМИСнос зданийСоветская архитектураСпортСпортСтарожилыСтарые фотоСтатистикаСтроительствоСтроительство водохранилищаСтроительство ленинской мемориальной зоныТеатрТорговляТранспортУльяновск в фильмахФольклорЦелинаЦенычугунка

«Годы и люди» - уникальный исторический проект, повествующий о событиях родины Ленина, через документы, публикации, фото и видео хронику и воспоминания очевидцев. Проект реализуется при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

© 2022. "Годы и люди", годы-и-люди.рф, 18+
Учредитель: ООО "СИБ". Главный редактор: Раевский Д.И.
Свидетельство СМИ "Эл № ФС77-75355" от 01.04.2019 г. выдано Роскомнадзором.
432011, г. Ульяновск, ул. Радищева, дом 90, офис 1
+7 (8422) 41-03-85, телефон рекламной службы: +7 (9372) 762-909, mail@73online.ru