1965
XVII век
XVIII век
XIX век
XX век
XXI век
До основания Симбирска
1648 1649 1650 1651 1652 1653 1654 1655 1656 1657 1658 1659 1660 1661 1662 1663 1664 1665 1666 1667 1668 1669 1670 1671 1672 1673 1674 1675 1676 1677 1678 1679 1680 1681 1682 1683 1684 1685 1686 1687 1688 1689 1690 1691 1692 1693 1694 1695 1696 1697 1698 1699 1700 1701 1702 1703 1704 1705 1706 1707 1708 1709 1710 1711 1712 1713 1714 1715 1716 1717 1718 1719 1720 1721 1722 1723 1724 1725 1726 1727 1728 1729 1730 1731 1732 1733 1734 1735 1736 1737 1738 1739 1740 1741 1742 1743 1744 1745 1746 1747 1748 1749 1750 1751 1752 1753 1754 1755 1756 1757 1758 1759 1760 1761 1762 1763 1764 1765 1766 1767 1768 1769 1770 1771 1772 1773 1774 1775 1776 1777 1778 1779 1780 1781 1782 1783 1784 1785 1786 1787 1788 1789 1790 1791 1792 1793 1794 1795 1796 1797 1798 1799 1800 1801 1802 1803 1804 1805 1806 1807 1808 1809 1810 1811 1812 1813 1814 1815 1816 1817 1818 1819 1820 1821 1822 1823 1824 1825 1826 1827 1828 1829 1830 1831 1832 1833 1834 1835 1836 1837 1838 1839 1840 1841 1842 1843 1844 1845 1846 1847 1848 1849 1850 1851 1852 1853 1854 1855 1856 1857 1858 1859 1860 1861 1862 1863 1864 1865 1866 1867 1868 1869 1870 1871 1872 1873 1874 1875 1876 1877 1878 1879 1880 1881 1882 1883 1884 1885 1886 1887 1888 1889 1890 1891 1892 1893 1894 1895 1896 1897 1898 1899 1900 1901 1902 1903 1904 1905 1906 1907 1908 1909 1910 1911 1912 1913 1914 1915 1916 1917 1918 1919 1920 1921 1922 1923 1924 1925 1926 1927 1928 1929 1930 1931 1932 1933 1934 1935 1936 1937 1938 1939 1940 1941 1942 1943 1944 1945 1946 1947 1948 1949 1950 1951 1952 1953 1954 1955 1956 1957 1958 1959 1960 1961 1962 1963 1964 1965 1966 1967 1968 1969 1970 1971 1972 1973 1974 1975 1976 1977 1978 1979 1980 1981 1982 1983 1984 1985 1986 1987 1988 1989 1990 1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010
Лента времени
События, 7 Августа 1906
Фото, 12 Июня 1900
Фото, 12 Июня 1900
Воспоминания, 22 Июня 1941
Воспоминания, 20 Мая 1941
Воспоминания, 22 Июня 1941
Воспоминания, 22 Июня 1941
Воспоминания, 22 Июня 1942
Воспоминания, 22 Июня 1941
Воспоминания, 9 Мая 1945
Воспоминания, 22 Июня 1941
Фото, 1 Июля 1960
Фото, 7 Сентября 1890
Фото, 16 Апреля 1960
Фото, 16 Апреля 1960
Фото, 16 Апреля 1870
Фото, 19 Мая 1900
Фото, 10 Августа 1900
Фото, 20 Мая 1900
Фото, 5 Октября 1916
Фото, 20 Мая 1900
Воспоминания, 5 Июня 1983
Воспоминания, 22 Июня 1941
Воспоминания, 22 Июня 1941
Воспоминания, 22 Июня 1941
Книги, 9 Мая 1945
Фото, 7 Сентября 1900
Фото, 7 Сентября 1900
Фото, 7 Сентября 1900
Фото, 7 Сентября 1930
Фото дня
Улица Советская в 1950-е гг.
Популярное
Видеоархив
Тэги
Герои, 10 Сентября 1760
Дмитриев и Карамзин - земляки, соратники, друзья

Святая дружба, связавшая в ранней юности Н.М. Карамзина и И.И. Дмитриева, прошла через всю их жизнь. Что их объединяло? Родина – Симбирский край с его величавой Волгой? Родственные узы? Или общие интересы? И то, и другое. «Отчизна моя – Симбирская губерния», – с гордостью писал сатирик. С не меньшим трепетом о малой родине отзывался и великий историограф. «Склонность наша к словесности, – читаем в мемуарах Дмитриева о взаимоотношениях с Карамзиным, – и что-то сходное в нравственных качествах укрепляли связь нашу день ото дня». Это «что-то», несомненно, – честность, добропорядочность, любовь к Отчизне.

Земляк наш И.И. Дмитриев – личность незаурядная, яркая. Он сделал блестящую, немыслимую по тем временам карьеру от малоимущего дворянина до члена государственного совета и министра юстиции, кроме того известного литератора, баснописца, поэта. Но что еще очень важно для нас: И.И. Дмитриев был ближайшим другом и соратником Н.М. Карамзина.

Иван Иванович оставил после себя, кроме множества незаурядных литературных произведений, ценную для историков и литературоведов мемуарную повесть «Взгляд на мою жизнь». Обратимся к этой книге, чтобы представить себе Симбирск в середине XVIII века. «Симбирские обыватели наслаждались тогда совершенною независимостью… Последний мещанин или цеховой имел свой плодовитый при доме садик, на окне в бурачке розовый бальзамин и ничего не платил за лоскуток земли…». «Тогда еще не было в провинции ни театров, ни клубов, которые ныне и в губернских городах разлучают мужей с женами, отцов с их семейством».

Иван Иванович Дмитриев родился 10 сентября 1760 года в селе Богородское (ныне Троицкое) Сызранского уезда Симбирской губернии. Он принадлежал к древнему дворянскому роду, ведущему свое происхождение от Рюриковичей. Племянник баснописца Михаил Дмитриев с гордостью писал о своем славном предке – Владимире Мономахе:

Мой предок –

муж небезызвестный,

Единоборец Мономах,

Завет сынам оставил честный:

Жить правдой,

помня Божий страх.

Иван Дмитриев был старше Карамзина на шесть лет. Первая их встреча произошла в Симбирске в 1770 году. «…старший брат мой и я, 10-летний отрок, - пишет Дмитриев, - находились на свадебном пиру, под руководством нашего учителя г. Манженя. В толпе пирующих увидел я в первый раз пятилетнего мальчика в шелковом… камзольчике с рукавами, которого русская нянюшка подводила за руку к новобрачной. Это был будущий наш историограф Карамзин. Отец его, симбирский помещик, отставной капитан Михайла Егорович соединился тогда вторым браком с родною сестрою моего родителя, воспитанною по ее сиротству в нашем семействе».

Карамзин не помнил своей матери – она умерла, когда ему было три года, но утверждал (видимо, со слов домашних), что унаследовал ее меланхоличный, сентиментальный нрав и доброту. Таким же нравом обладала и его мачеха Евдокия Гавриловна родная тетка Ивана Дмитриева, которая, как вспоминает баснописец, воспитывалась в их семье. Мягкая, добрая, она относилась к пасынкам с вниманием и любовью, и потому ее раннюю смерть восьмилетний Коля пережил как тяжелое потрясение.

После пансиона юный Карамзин приехал в Петербург, так как с рождения был записан в Преображенский полк подпрапорщиком. С письмом от Дмитриева-старшего Николай «с румяным лицом» и «приятною улыбкою» явился к Ивану. Сводные братья бросились друг другу в объятья. Положение Карамзина было плачевным: попасть в полк оказалось не так-то просто, потребовались деньги на взятку секретарю. Иван ничем не мог помочь земляку, но посоветовал заняться переводами – они давали хоть какой-то заработок. Вскоре все устроилось, Карамзин зарабатывал переводами с немецкого, но через год смерть отца вынудила Николая покинуть Петербург и вернуться в Симбирск.

Здесь вместо застенчивого миловидного юноши Дмитриев увидел вполне светского человека, «опытного за вистовым столом, любезного в дамском кругу и оратора перед отцами семейств, которые хотя и не охотники слушать молодежь, но его слушали». Перемены эти оказались лишь внешними: Карамзин оставался все тем же восторженным романтиком и по-прежнему бредил литературой. Долгие ночные часы друзья проводили на берегу Волги, гуляли по Венцу, читали Юнга, обсуждали новинки литературы.

Москва сблизила их еще больше. Опять Николай немало удивил сводного брата: «После свидания нашего в Симбирске какую перемену нашел я в милом моем приятеле! Это был уже не тот юноша, который читал все без разбора, пленялся славою воина, мечтал быть завоевателем чернобровой, пылкой черкешенки; но благочестивый ученик… с пламенным рвением к усовершению в себе человека. Тот же веселый нрав, та же любезность, но между тем главная мысль, первые желания его стремились к высокой цели». Пример Николая Карамзина был для Ивана очень поучительным. Дмитриев искал союзника и одновременно взыскательного критика для своих литературных опытов, и, конечно же, основательный, вдумчивый Карамзин более всех подходил для этой роли. К тому же в кругу литераторов он уже воспринимался не как новичок, а как член популярного новиковского «Дружеского общества».

«Год мы были неразлучны», - пишет Иван Иванович. Общим литературным домом стал дом Михаила Матвеевича Хераскова. По свидетельству И.И. Дмитриева, молодые поэты «вменили себе в обязанность» стараться получить доступ к «патриарху современных поэтов» и заслужить его внимание. Не менее важным для начинающих литераторов было сближение с Державиным. Когда Карамзин приступил к изданию «Московского журнала», Дмитриев принял в нем самое деятельное участие. Первый номер журнала почти целиком состоял из сочинений Карамзина, Державина и Дмитриева. Последний относился к своим «безделкам» с иронией, но популярность «Московского журнала» заставила его всерьез задуматься о литературе. Теперь Николай Михайлович был для него не только другом, но и руководителем в литературных занятиях, советами которого поэт очень дорожил. В 1791 году в «Московском журнале» появился целый ряд произведений Дмитриева, из которых публика особо выделила сказку «Модная жена» и песню «Голубок», которая тут же была положена на музыку и стала очень популярной.

Вскоре Карамзин приступил к изданию «Аглаи» и «Аонид» - Дмитриев и тут принял самое активное участие. Отставать от преуспевающего в литературе земляка Иван Иванович не собирался, и как только появился карамзинский сборник «Мои безделки», вдогонку за ним по литературному трапу выскочили в 1795 году «И мои безделки». Вряд ли это можно назвать соперничеством, – скорее, дружеским состязанием и озорством. Кстати, когда в годы вынужденного бездействия Карамзин надолго замолчал, затих и остроумный задира Дмитриев. Но вот появился на свет «Вестник Европы» – и снова рядом с Николаем Михайловичем его верный друг и соратник!

Друзья подолгу не виделись: Карамзин жил в Москве, Дмитриев служил в Петербурге. Поистине высокую суть отношений земляков можно понять через их письма. Даже самая короткая разлука сопровождалась перепиской, которая вмещала все: и общие планы, и мечты, и похожие оценки происходящих политических и общественных событий, и, конечно же, грусть разлуки.

Вот Иван Иванович на родине, в «приволжском городе Сызрани»... Залив Волги. Бурлаки тянут лямку, и тянется вместе с ней грустная народная песня. Русское раздолье. Ширь полей сливается с небом и уходит в бесконечность. Все располагает к творчеству. Этот 1794 год Дмитриев назовет «лучшим пиитическим годом». Написаны сказки «Воздушные башни» и «Причудница», оды «К Волге», «Глас патриота на взятие Варшавы», «Ермак», сатира «Чужой толк». Произведения – одно за другим – он отсылает Карамзину. «С каким нетерпением ожидал от него отзыва, - пишет поэт в своих мемуарах. – С какой радостью получал его. С каким удовольствием видел стихи мои уже в печати! Каждое письмо моего доброго друга было поощрением для дальнейших стихотворных занятий. Здесь-то, в роскошную пору весны, в тонком сумраке тихого вечера мелькнули передо мной безмолвные призраки Ермака и двух шаманов».

Особенно Карамзин нуждался в поддержке друга в горькие годы павловских репрессий, когда был арестован Новиков, многие просветители и литераторы. «Отовсюду неприятные вести! Везде горизонт так черен и грозен! Какое время…» - писал Карамзин И.И. Дмитриеву в 1793 году. В том же году, а также в 1795-м Николай Михайлович приезжал в Симбирск. Обе поездки были вызваны мрачным настроением писателя, но последняя – в особенности: его терзало предчувствие близкого ареста. И когда летом 1795 года писатель неожиданно уехал в Симбирск, в столице решили, что он арестован. «Теперь живу без плана, - писал Карамзин Дмитриеву, - и ленюсь думать о том, что ожидает меня впереди». Этот страх перед неопределенностью писатель попытается лечить светской жизнью…

Приезжая в Москву, Дмитриев много времени проводил с Карамзиным: «… не проходил ни один день, чтоб я не виделся с Карамзиным… ни одного утра и вечера не мог я сравнить с теми, как мы проваживали в Москве, один на один…».

Выйдя в отставку, Иван Иванович поселился в Москве. Он купил близ Красных ворот деревянный домик с маленьким садом, переделал его снаружи и внутри, украсил небольшим числом эстампов и скульптурой. В этом доме постоянно собирались московские писатели, говорили и спорили о литературе, читали свои новые произведения. Эта насыщенная желанным общением жизнь была прервана с отъездом поэта на службу в Петербург, а возобновилась в 1814 году, когда Дмитриев вернулся в Москву. Он состоял председателем комиссии для оказания помощи жителям Москвы, пострадавшим от нашествия французов. Исполнив это последнее поручение императора Александра I, за успешное выполнение которого он был награжден чином действительного тайного советника и орденом Владимира I степени, Дмитриев окончательно оставил службу. Теперь он почти безвыездно жил в Москве. Выстроил небольшой, но уютный, «барский» домик с садом, и снова здесь стали собираться поэты и писатели. Поэт Вяземский, вспоминая дом Дмитриева на Спиридоновке, писал:

Я помню этот дом, я помню этот сад.

Хозяин их всегда гостям своим был рад,

И ждали каждого с радушьем

теплой встречи

Улыбка светлая и прелесть умной речи.

Болезнь Карамзина весной 1826 года напугала Дмитриева и заставила задуматься об организации путешествия с ним за границу. Для этого нужна была большая сумма денег. Помощь историографу предложил сам император. Николай Михайлович в порыве восторга сообщает об этом 16 апреля Дмитриеву, однако уже в этом оптимистичном письме звучат тревожные ноты: «Теперь устроиваем в мыслях, как и куда ехать... Говорят, что первым моим лекарством должно быть море: увидим, если Бог даст. Но я слишком расписался, имея еще слабую голову. И самых ближних приятелей впускают ко мне только на минуту; задыхаюсь от разговоров, куда девалась моя железная грудь?.. Устал. Навеки твой Н. Карамзин».

На Пасху Николай Михайлович собственноручно поздравил друга с Великим Воскресением, признался, что «слаб до крайности». К этому поздравлению присоединились дочери Карамзина, и Софья сделала приписку: «У нас в семействе одно сердце для вас». Несомненно, и сердце Дмитриева принадлежало этому семейству.

Смерть друга и соратника подкосила его и как будто лишила духовной опоры. Дмитриев совсем перестал писать. В 1836 году, через десять лет после смерти друга и незадолго до своей кончины, Иван Иванович навестил семейство Карамзиных в Дерпте.

В последние годы своей жизни И.И. Дмитриев серьезно работал над воспоминаниями. Они вышли только через 30 лет после смерти поэта под заглавием «Взгляд на мою жизнь» и явили богатый материал для знакомства с литературной жизнью конца XVIII - начала XIX веков. Почти тогда же вышли мемуары племянника баснописца Михаила Александровича Дмитриева под названием «Главы из воспоминаний моей жизни», которые основательно дополнили представление и о роде Дмитриевых, и о семье Карамзиных, и о литературном Парнасе того времени. Образ Ивана Ивановича в «Главах» получился противоречивый (рано осиротевший Михаил не нашел поддержки у дяди-вельможи и, рано уволенный в отставку, сохранил обиду до конца своих дней), неоспорима однако величина личности и поэтического таланта.

В историю литературы Иван Иванович Дмитриев вошел как блестящий сатирик, поэт, драматург. Его творчество содействовало упадку ложно-классического направления, а стихотворный язык освободил поэзию от тяжелых, устарелых форм, сделал ее легкой и пластичной. Так что и здесь имя Дмитриева заняло место рядом с именем Карамзина: первый явился преобразователем поэтической речи, второй – речи прозаической. И тот, и другой – были и остаются патриотами малой своей отчизны и великой державы под названием Россия.

Ольга Шейпак

Изображение - И.И. Дмитриев

«Мономах», 2006 г., №2(45)

Поделиться в социальных сетях

«Годы и люди» - уникальный исторический проект, повествующий о событиях родины Ленина, через документы, публикации, фото и видео хронику и воспоминания очевидцев. Проект реализуется при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

© 2020. "Годы и люди", годы-и-люди.рф, 18+
Учредитель: ООО "СИБ". Главный редактор: Биджанов К.В.
Свидетельство СМИ "Эл № ФС77-75355" от 01.04.2019 г. выдано Роскомнадзором.
432011, г. Ульяновск, ул. Радищева, дом 90, офис 1
+7 (8422) 41-03-85, телефон рекламной службы: +7 (9372) 762-909, mail@73online.ru