Главным зданием Засвияжского района назвал ульяновский краевед Николай Михайлович Костин, плодотворно занимающийся историей ульяновского Засвияжья, трёхэтажное здание по площади Горького, 5/31, выстроенное в традициях сталинского ампира, украшенное по главному фасаду, выходящему на площадь Горького, двумя парами трёхчетвертных колонн и балконом.

Что же, наверное, таким и должно быть по статусу здание, где с 1954 года помещается администрация Засвияжского района – тогда это были Сталинский райисполком и райком КПСС города Ульяновска.

Впрочем, строилось здание не под администрацию – хотя и тоже с «представительскими» целями. Процесс строительства освещался в ульяновской прессе: «В рабочем посёлке Автозавода идёт строительство комфортабельной гостиницы с номерами «люкс». При ней будут ресторан, магазин, почтовое отделение,» - писала 9 октября 1949 года газета «Ульяновская правда».

Заметка о строительстве гостиницы. 1949 год:

Здание было построено в 1952 году, а в 1954 году произошло разукрупнение существовавшего с 1942 года Сталинского района города на собственно Сталинский, его засвияжскую часть, и Железнодорожный. И органы власти нового района въехали в планируемую гостиницу. В 1957 году некоторые аудитории недавно открывшегося Ульяновского политехнического института. Здесь же помещалось общежитие Ульяновского автомеханического техникума на 48 человек, столовая № 28, сберкасса, касса Комбанка, домоуправление, коммутатор связи, радиоузел, кинохроника и на 22 квадратных метрах подвальной площади – ДОСААФ; в общем, в тесноте да не в обиде!..

У интересного здания не менее интересный автор проекта. Льва Наумовича Мейльмана (1900–1960) называли среди самых перспективных советских зодчих эпохи 1920-х годов. Несомненный талант был помножен на родственные связи в самых запредельных верхах советского руководства. Если даже ты сам не выставляешь напоказ своё родство с «великими мира», об этом знают твои работодатели.

Лев Мейльман, первый справа, с коллегами. 1926 год:

Родители-врачи, папа, Наум Исаакович, и мама, Елизавета Давидовна, урождённая Бронштейн, назвали сына Львом не просто так, а в честь родного дяди, знаменитого революционера Льва Давидовича Бронштейна, прославившегося под псевдонимом Троцкий. Другой дядя, и тоже Лев – Лев Борисович Розенфельд, известный как Каменев, старейший большевик и соратник Ленина. В 1918–1926 годах Лев Каменев был председателем Моссовета, в современных реалиях — типа мэра Москвы, столицы СССР.

Площадь Горького в 1960 году:

«Город между прошлым и будущим,» — называли Москву 1920-х годов. «Старый мир» громко напоминал о себе в первую очередь старой архитектурой, и не высотки, а купола и колокольни храмов по-прежнему формировали силуэт Москвы. Зодчество оказывалось на передовой линии идеологической борьбы.

Лев Мейльман постигал архитектуру в Московском высшем техническом училище (МВТУ) под руководством выдающихся русских советских зодчих Виктора Александровича Веснина, первого президента Академии архитектуры СССР и председателя Союза архитекторов СССР, и Александра Васильевича Кузнецова, пионера железобетона, признанного мастера промышленной архитектуры.

Здание гостиницы по проекту Л. Мейльмана. 1950-е годы:

В соавторстве с великими учителями и талантливыми однокурсниками вчерашний выпускник Лев Наумович принимает участие в проектировании и строительстве Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ) в Москве, общепризнанного шедевра советской архитектуры в стиле конструктивизма.

Лев Троцкий, которого называли «архитектором Октябрьской революции», интересовался зодчеством, высказывался насчёт архитектуры: «Каждый режим находит своё монументальное отражение в строительстве и архитектуре,» — и предлагал задачи, которые должны были решать советские архитекторы: «Новая задача: не храм, не замок, не особняк, а народный дом, массовая гостиница, общежитие, дом-коммуна, гигантских размеров школа».

Проектируя гостиницу в Ульяновске, Лев Мейльман, получается, буквально следовал заветам своего великого дяди. Но почему в Ульяновске? – Правильно, не по своей воле…

Здание ЦАГИ, над которым работал Л. Мейльман:

Политическое противостояние Троцкого и Сталина, начавшееся ещё при жизни Ленина, переросло в смертельную вражду, жертвой которой пал не только сам Лев Давидович, убитый в изгнании в Мехико 21 августа 1940 года, репрессиям подверглась и его многочисленная родня, остававшаяся в СССР. Лев Мейнлис «счастливо отделался» административной ссылкой в Ульяновск в 1938 году.

Ссылка сопровождалась личной драмой, Льва Наумовича бросила красавица-жена, не пожелавшая менять столицу на прелести родины Ленина. Зато в Ульяновск поддержать двоюродного брата приехала его двоюродная сестра, племянница Троцкого Анна Александровна Касатикова, бывшая двенадцатью годами моложе архитектора, и скоро они поженились.

Разумеется, Анна Касатикова тоже находилась на «крючке» у НКВД. Женщина вспоминала, как однажды в 1939 году её пригласил к себе нарком НКВД Лаврентий Берия. Лаврентий Павлович был сама любезность: поохал, посетовал на незаконные аресты – но это было до меня, при Ежове! – но теперь всё наладится, и ласково поинтересовался у гостьи, не хотела бы она повидаться с дядей, с Львом Давидовичем? Касатикова поняла, что её в какой-то форме пытаются втянуть в покушение на Троцкого, «сыграла дурочку» и наотрез отказалась встречаться с «врагом народа».

Явно и на Льва Наумовича были какие-то виды. Для человека его положения он неплохо устроился, преподавал в строительном техникуме. Во время Великой Отечественной войны Лев Мейльман периодически наведывался в столицу, встречался со своим учителем, академиком Весниным, рассчитывая заняться у него кандидатской диссертацией, посвящённой деревянной архитектуре Симбирска-Ульяновска! – жаль, искренне жаль, что затея эта не выгорела!

«Наша вся культура построена на дереве и сгорает каждый год. Какая это культура?» — вопрошал некогда товарищ Троцкий. Его племянник, напротив, очень ценил деревянное наследие предков.

Лев Троцкий, дядя Льва Мейльмана, в молодости:

После окончания в 1945 году Великой Отечественной войны Лев Мейнлис с женой и её сестрой, также племянницей Троцкого, Матильдой должен был покинуть Ульяновск. Он был направлен на работу инженером-архитектором в Казахскую ССР, в город Кустанай, на строительство завода союзного значения № 514. Предприятие должно было специализироваться на производстве медно-аммиачного волокна для шёлковой промышленности, на немецком оборудовании, полученном в счёт репараций.

Строительство шло тяжело, с отставанием от графиков более чем на 40 %: не хватало техники, стройматериалов, квалифицированных кадров, наконец, генерального плана строительства… Причины носили объективный характер. Но племянник Троцкого был удобной фигурой, чтобы «повесить» на него неуспехи и провалы. 9 мая 1949 года Лев Наумович был арестован и 17 декабря на 10 лет лагерей по обвинению в пропаганде или агитации, содержащих призыв к свержению, подрыву или ослаблению советской власти.

В то самое время, когда Лев Наумович ожидал приговора неправого суда, в Ульяновске строилась «его» гостиница… «Жизнь коротка, мастерство бесконечно». Здание — воплощённая память о своём создателе.

Администрация Засвияжского района. На боковом фасаде видны колонны дорического ордера. Декабрь 2025 года:

Обсудить новость можно в нашем телеграм-канале 73online

Научный сотрудник Музея-заповедника «Родина В. И. Ленина» Иван Сивопляс