![](https://годы-и-люди.рф/pic/upld_5045.jpg)
Распространение наркотиков сегодня относится к категории тяжких преступлений. Так было и сто лет назад – на заре советской власти за незаконную торговлю таковыми вполне могли, что называется, поставить к стенке. Тем не менее, самый распространенный по тем временам наркотик – кокаин можно было запросто купить в аптеке и даже в… парикмахерской.
В первых числах ноября 1919 года рядовой карательного отряда Симбирской ГубЧК Андрей Филипчук, как обычно, зашел побриться в заведение под незамысловатым названием «Товарищество», находившееся в первом этаже дома на углу Панской (ныне Энгельса) и Гончаровской улиц.
Нежась в коконе теплой мыльной пены под умелыми пальцами парикмахера, бойко орудовавшего опасной бритвой, чекист заметил, как другой работник цирюльни втихаря что-то нюхает. Окажись на его месте рядовой гражданин Республики, он бы не придал этому значения. Однако Филипчук сразу понял – симбирский цирюльник принял дозу кокаина. Но поднимать шума не стал, а дождавшись окончания бритья, поднялся с кресла, подошел к примеченному кокаинисту и тихонько спросил, не мог бы тот достать порошка и ему.
– Отчего же? Хорошему человеку завсегда рад помочь, – также полушепотом ответил тот и кивнул, – Иди за мной.
Вслед за парикмахером по фамилии Ильин, Филипчук вышел из заведения и оба направились в аптекарский магазин Зильберта, что в принципе, не удивительно, поскольку когда-то кокаин широко применялся в медицинских целях. Однако к началу XX века он был почти полностью вытеснен из врачебной практики более совершенными препаратами. Так что, наличие его в аптеке было вполне объяснимо. Весь вопрос, кому и как продавать.
Итак, чекист остался снаружи у входа, а его спутник, получив от нового знакомого 80 рублей, вошел внутрь, чтобы купить для него ползолотника (около 2 грамм) кокаину, хотя стоила такая доза 120 целковых.
Тем не менее, сделка состоялась. Ильин вышел из помещения и передал покупку заказчику. Однако тот повел себя неожиданно – вместо того, чтобы рассчитаться и уйти, он взял сообщника за рукав, и они вместе вернулись в аптеку. Здесь Филипчук объявил, что является сотрудником ЧК и предложил владельцу магазина Зильберту добровольно выдать весь имевшийся в заведении наркотик. Перепуганный аптекарь тут же сдал весь запас – все 10 граммов.
– Больше нет? – строго спросил чекист.
– Ни капельки, – замотал головой Зильберт.
- Тогда следуйте за мной в ЧК, – приказал Филипчук, и обратился к Ильину, – и вы тоже, будете свидетелем.
По дороге аптекарь, едва не плакал, умоляя конвоира отпустить его и как-нибудь замять дело, за что обещал отблагодарить принципиального и неподкупного сотрудника. Однако тот оставался непреклонен. Правда, не долго, и, в конце концов, согласился не давать делу ход, если задержанный оставит ему весь изъятый наркотик, а также вернет 120 рублей, потраченные на «контрольную закупку».
С тем и разошлись.
Убедившись, что схема работает, предприимчивый чекист решил развивать бизнес и вскоре снова заглянул в знакомую парикмахерскую. На этот раз нюхал не Ильин, а его коллега Пантелеев, которому Филипчук шепнул, что был бы не прочь, присоединиться.
– Один момент! – С готовностью ответил тот. – Подождите тут, – и выскользнул на улицу. Но чекист ждать не стал, а незаметно двинулся следом. Курьер привел его в другой аптекарский магазин – в магазин мадам Сурской, и когда хозяйка стала отпускать клиенту наркотик, Филипчук ворвался в помещение… Ну, а дальше все повторилось, как в случае с Зильбертом. Правда, на этот раз за освобождение, кроме товарных запасов наркотика, наркоторговке пришлось отдать еще и две с половиной тысячи рублей наличными.
Однако в полной мере воспользоваться «заработанным» чекист не успел, поскольку через несколько дней его арестовали. В ходе следствия Филипчук сознался в присвоении кокаина, но вот от взяточничества категорически отпирался.
И Зильберт, и Сурская также признали себя виновными в продаже кокаина без разрешения врача. При этом, последняя, подтвердив факт вручения ею без всякой расписки и формальностей 2500 рублей Филипчуку «в виде откупа от его преследования», утверждала, будто понятия не имела, что этот поступок является преступным.
Что касается посредников – служителей бритвы и помазка Ильина с Пантелеевым, оба, оказались свидетелями и, выступая в этом качестве, подтвердили факт вымогательства Филипчуком кокаина у аптекарей взамен на их «прощение».
В итоге бывшего рядового батальона чрезвычайкома обвинили в преступлениях по должности, выразившихся в: «вымогательстве кокаина у продавцов Евгения Зильберта и Феодосии Сурской для личного пользования под угрозой преследования со стороны ЧК», а также «в преступном бездействии по отношению к известному ему факту незаконной продажи кокаина без разрешения врача» и «в получении денежной взятки 2000 руб. от Сурской в качестве благодарности от нея за свое снисхождение».
Аптекарей признали виновными в незаконной продаже кокаина, а Сурскую еще и в даче взятки, за что оба были преданы «суду Рев. Трибунала, как подлежащие высшей мере наказания».
Дальнейшая судьба участников этой истории не известна.
А одолеть наркоманию с тех пор так и не удалось.
ГАУО Ф. Р-125, оп. 1, д. 12. Л. 1, 1 об, 2.
Владимир Миронов